Проблема деструктивного поведения и национальная безопасность

Автор доклада Путник К. В., руководитель миссионерского отдела Челябинской епархии Русской Православной Церкви

Паки и паки приходится говорить о том, что мы находимся на войне – войне особого типа, которая носит выраженный психо-ментальный характер.

Что такое психо-ментальная война? Это война, целью которой является переформатирование мышления противника в своих интересах. Это война, в которой воюющие стороны стремятся инспирировать или выявить, организовать и активизировать деструктивные силы на стороне противника, состоящие, как правило, из людей, имеющих психические проблемы. В свое время об этом много и основательно писал Григорий Петрович Климов (Калмыков), советский офицер, после войны перебежавший в американскую оккупационную зону. По факту, он – изменник Родины, предатель, но вместе с тем, человек очень умный. Американцы сразу это поняли и вовлекли его в психологическую, психо-ментальную войну против СССР, методы и приемы которой тогда находились в стадии разработки и апробации. Климов длительное время участвовал в этих проектах, многое увидел, переосмыслил и понял, вышел в отставку и написал несколько книг, сразу ошельмованных и в США, и в СССР, и в современной России: в настоящее время почти все они входят в официальный перечень экстремистской литературы, а их автор объявлен маргиналом. Такое положение – тоже убедительная победа наших противников. Разумеется, не со всем, что написано Климовым, можно согласиться, но в главном он, безусловно, прав: психо-ментальная, психологическая война – это «война психов».

Поскольку выяснилось, после многочисленных неудачных попыток, что военным путем Россию не одолеть, объектом деструктивного воздействия стала ментальная сфера, сознание человека и его подсознательные структуры, психика.

Цель психо-ментальной войны, как формулирует её Джордж Сорос, — производство нового типа мышления, смена менталитета, изменение общественного сознания. Итогом должно стать формирование новой культурной матрицы.

Мишенью в такой войне является всё общество, но обстреливается оно разными «информационными снарядами».

Психо-ментальная война – совсем не надуманный термин.

В 2014-2015 г.г., впервые после Второй Мировой войны, в США произошел пересмотр стратегии: на принципиально новых подходах были разработаны: Третья оборонная инициатива инвестиций и инноваций (2014), Стратегия национальной безопасности (2015) и Военная стратегия США (2015).

Эти доктрины предусматривали понимание войны, как конфликта с применением насилия в нескольких сферах противоборства:

— огневого;

— информационного;

— финансово-экономического;

— поведенческого;

— технологического.

Фактически в США была разработана стратегия тотальной войны, при этом сами понятия «войны» и «мира» становились расплывчатыми. Для определения состояния тотальной войны использовались термины «жесткое противостояние», «активные операции» и др.

Особое значение в такой войне приобретает поведенческое противоборство, которое означает насильственное воздействие на поведение посредством манипулирования привычками, стереотипами, ценностями, обычаями, культурными нормами. Собственно, это и есть психо-ментальная война.

Такое воздействие основано на достижениях нейронаук, включая психологию, когнитивные науки, лингвистику и пр., и осуществляется на конфессиональном, культурном, образовательном, социальном и личностном уровнях. Американцы концентрируются на социо-гуманитарных технологиях (им уже и собирательное название придумали: «хай хьюм» – по аналогии с «хайтек»), которые имеют дело с психикой человека во всех ее проявлениях. Но, понятно, что приоритет отдается образовательным технологиям. Помните, как говорил Бисмарк:

«Франко-прусскую войну выиграли школьный учитель и приходской священник».

Справедливости для следует сказать, что – вместе с развязыванием психо-ментальной войны против других стран и цивилизаций – руководством США (причем я имею в виду не формальное политическое руководство в лице президента и государственных структур, а настоящее руководство, т.н. «глубинное государство», ориентированное на транснациональные финансовые круги), а затем и других западных стран, ныне именуемых как «коллективный Запад», была развязана и быстро выиграна психо-ментальная война против своих народов.

В 1980 году этот факт засвидетельствовала сотрудница Стэнфордского университета Мэрилин Фергюссон в книге «Заговор Водолея», сразу ставшей бестселлером.

«Сильная, хотя и не имеющая лидера организация работает в Соединенных Штатах для того, чтобы произвести радикальные перемены, — написала Фергюссон. – Членам этой организации удалось сломать некоторые ключевые элементы традиционного западного мышления… Этот заговор вызвал самую быструю в истории культурную мутацию, которая оказалась шире, чем реформа, глубже, чем революция».

Итогом ментального переворота стала свёрстанная в недрах психологических центров идеология толерантности, политкорректности, гендерности, мультикультурализма, дерационализации сознания и много чего другого, призванная стать фундаментом «нового объединенного человечества».

Один из авторов системы Венделл Белл написал следующее:

«Для формирования свободного человеческого будущего нового мира необходимо отречься от предрассудков и культурных «абсолютов»… Чтобы изменить систему, надо изменить человеческие ценности и мышление».

Отречение от культурных «абсолютов», от очевидных авторитетов (таких как: Бог, родители, нация и др.), по мысли разработчиков, должно привести к зависимости от завуалированных авторитетов, замещающих авторитеты очевидные.

В рамках психо-ментальной (или, если хотите, поведенческой) войны против России работает множество проектов, используются различные методы и стратегии. Некоторые я назову.

Это, во-1-х, сектантский проект. С конца 1980-х годов страну наводнили разного рода деструктивные культы. Наиболее агрессивные из них – культы, имеющие американское происхождение: Свидетели Иеговы, мормоны, сайентологи, кришнаиты, пятидесятники. Многие из них выполняли и выполняют функции стратегических разведок: собирают информацию о стране, ее населении, военно-техническом потенциале и передают ее в заокеанские центры. Пятидесятники, например, готовят «пушечное мясо» для цветных революций: события на Украине это отчетливо показали. Но это – одна из второстепенных функций. Главное: их деятельность направлена на деформацию и разрушение нашей цивилизационной матрицы, нашей духовной культуры, имеющей православно-христианские корни.

Сразу поясню: наша цивилизационная матрица (её еще можно назвать парадигмой или цивилизационным ядром), субъективно существующая в общественном сознании, представляет собой диалектическое сочетание нескольких нравственных констант:

— социальной справедливости;

— коллективизма, солидаризма, соборности;

— труда;

— семьи в христианском её понимании.

Есть и другие, но эти – главные. И все они имеют основание в Евангелии нашего Господа. Соотнесите эти константы с существующей реальностью, и вам многое станет понятно.

Я не случайно сказал о диалектическом сочетании и взаимосвязи указанных нравственных констант. Они не могут полноценно существовать одна без другой. Например, не может существовать социальной справедливости вне коллективизма: наш человек так устроен, что ему никогда не будет хорошо и комфортно, пока другому плохо. Причем эта установка имеет онтологический характер: именно она делает нашу цивилизацию эксклюзивной и всемирной, бесконечно привлекательной для других народов. Положительная комплиментарность лежит в ее основе. А вот что, например, у  католиков:

«Для того чтобы счастье святых могло быть более восторженным для них, и они могли воздавать больше обильной благодарности Богу за это, им разрешается ясно видеть страдания проклятых… Блаженные будут радоваться наказанию проклятых на муки вечные».

Это – Фома Аквинский, один из столпов католицизма, святой: «ангельский доктор», «князь философов». Цитата взята из его фундаментального труда «Сумма теологии». Конкретно: том XIII, часть 2, вопрос 94.

Именно на девальвацию, подмену и, в конце концов, разрушение традиционных нравственных ценностей направлена деструктивная деятельность наших врагов. Поэтому, говоря о духовной безопасности, необходимо понимать, о защите каких ценностей мы говорим. Подчеркиваю: не о частной собственности, не о правах и свободах человека, не о толерантности. В основании нашей аксиологии, нашей системы ценностей лежит жертва – себя, своих интересов – другому, то есть Любовь. А что такое любовь – почитайте у святого Апостола Павла: 13-ю главу 1-го Послания Коринфянам.

Духовная безопасность является важнейшим, определяющим компонентом национальной безопасности; если хотите, её фундаментом. Нам нарочно навязывается недооценка этого аспекта. Это – один из методов психо-ментальной войны: когда второ- и третьестепенным вещам придается значение первостепенных, а главные проблемы, их решение отодвигаются на задний план, а то и вообще дезавуируются. Это развязывает руки нашим противникам, помогает им в их деструктивной деятельности по деформации и разрушению нашего цивилизационного ядра.

Цивилизационное ядро – смысловой центр цивилизации – всегда формируется вокруг книги, сакрального текста. Он может быть любым и называться по-разному: Библией, Кораном, Упанишадами, Алмазной сутрой и т.д. Но это всегда текст, вокруг которого складывается культура. Девальвация традиционной культуры, паче того,  отказ от главного текста, его подмена другим ведут к разрушению цивилизационного ядра. В принципе, все деструктивные культы преуспели в таких подменах: все они стремятся либо навязать свой текст, либо извратить уже существующий. Особое рвение в этом показывают Свидетели Иеговы, мормоны, неоязычники, представители ориенталистских, восточных и псевдо-восточных культов (кришнаиты, Фалуньгун и др.).

Существует такая геополитическая аксиома: покорение страны происходит в три этапа: на первом – в страну проникают проповедники-миссионеры с рассказами о том, что отеческая религия никуда не годится, и предложениями некой духовной альтернативы, которая-де приведет не только к духовному росту, но и вполне материальному процветанию. Вторыми приходят купцы, которые объясняют аборигенам, что никаких сакральных ценностей не существует, что всё покупается и продается (девственность, человеческие органы, сам человек и т.д.). Последней приходит армия – не для того, чтобы воевать: страна-мишень уже фактически завоевана, духовно разобщена и порабощена. Армия размещает на покоренной территории свои базы, чтобы ее контролировать и вооруженным путем гарантировать не только доступ к ресурсам, но и, в частности, безопасность своих проповедников и купцов.

Надо знать, что для достижения своих геополитических и геоэкономических целей нашими противниками используются не только внешние, пришедшие извне деструктивные секты, но и деструктивные силы, действующие внутри Православной Церкви. Любые проявления раскола (в лице лже-старчиков, странных псевдо-православных организаций и движений и т.п.), связанные, как правило, с эксплуатацией человеческой гордыни, стремления властвовать,  активно поддерживаются и используются для сокрушения Православия. Напомню вам слова Збигнева Бжезинского – крупнейшего и авторитетного американского политического деятеля, — сказанные им в 1991 г.: «После разрушения коммунизма единственным врагом Америки осталось русское православие».

Деструктивные культы активно действуют на образовательных площадках: иногда под маской общественных организаций (сайентологи, например, обходят школы, предлагая лекции о вреде наркотиков), но чаще – как некие практики, прикладные техники «личностного роста», «групп психологической поддержки» и т.п. И, к сожалению, нередко такие практики, такие техники используют школьные и приглашенные в школу психологи, увы, с невысокой профессиональной подготовкой. Встречались мне среди них и астро-психологи, и биокосмоэнергеты, и психоаналитики, и много кто еще. Самое бы время поговорить о совершившейся в нашей стране оккультной революции, но для этого потребуется очень много времени. Поэтому дерзну напомнить только одно: школа – это научное учреждение, а образование – это основа выживания и развития нашего Отечества. Астрология, биокосмоэнергетика, дерматоглифика, психоанализ и т.п. к науке никакого отношения не имеют. Но получается странная вещь: церковь у нас как бы отделена от государства и на этом основании руководители образовательных учреждений не очень приветствуют появление священнослужителей в стенах школ, а вот магов, целителей, психотренеров и прочих мазуриков встречают с распростертыми объятиями. Друзья, вы их учеными считаете?

В контексте борьбы с Православием и российской государственностью интересен и значим другой проект психо-ментальной войны: неоязычество. Я выделил этот феномен в отдельное явление, поскольку он опосредованно связан с деструктивно-экстремистской идеологией ваххабизма.

Дело здесь вот в чем. Ваххабизм, как духовное течение, не возник вследствие закономерного развития исламского богословия. Причины его возникновения исключительно политические и связаны с деятельностью на Ближнем Востоке британских спецслужб. Напомню, что в XVIII веке владычицей Ближнего и Среднего Востока была Оттоманская империя – Турция, находящаяся в зените своего могущества. Ни о каких углеводородах речи тогда не шло, просто Турция, как туча, нависала над «жемчужиной» Британской империи – Индией, — колонии, которую англичане беспощадно грабили и которой, собственно, Великобритания и обязана своим процветанием. Турция была исламским государством, и для того, чтобы ослабить духовные скрепы, стягивающие его в монолит, британскими спецслужбами была придумана и успешно осуществлена духовная диверсия. Был найден и специально подготовлен человек – Мухаммад ибн-Абд аль-Ваххаб ат-Тамими, — который заявил, что современный ислам извращен и искажен, что его представители погрязли в разврате и роскоши, и что необходимо вернуться к истокам, первоначальному, древнему, незамутненному исламу. Ему даже женщину подложили – англичанку, специально принявшую ислам. У аль-Ваххаба нашлись многочисленные, в том числе и вооруженные последователи; в Турецкой империи начались серьезные нестроения, и уже к середине XIX века Блистательная Оттоманская Порта превратилась, по словам одного остроумного британского дипломата, в смертельно больного человека, наследство которого предстояло делить европейским державам.

Духовная диверсия как метод ослабления геополитического соперника, так эффективно сработавший в Турции, конечно, не был забыт, и в конце ХХ века вновь оказался востребованным для борьбы с Православием. Так на просторах Евразии возникло неоязычество – практически с той же самой ваххабитской риторикой: о якобы разложении Православной Церкви, о духовном перерождении ее представителей и о необходимости возвращения к незамутненной чистой «вере предков». А поскольку никаких источников о славянском язычестве почти не сохранилось (наше язычество не было письменной традицией), то новое язычество начали придумывать: фальсифицировать источники (книги), писать картины – нечто вроде языческих «икон», снимать фильмы и т.п. Всё это свидетельствует о главном: неоязычество не есть возрождение древней традиции, не есть нечто, имманентно присущее русскому народу, вышедшее из его недр. Это – именно проект, продукт социальной инженерии.

Именно проективная сторона исключительно важна, поскольку, собственно, и служит маркером неоязычества. Она показывает, что за соответствующими религиозными практиками стоят не только и не столько духовные и культурные потребности людей, сколько чьи-то конкретные геополитические, геоэкономические, финансовые интересы.

Мы будем называть неоязычеством проект, направленный на реконструкцию древних, в нашем случае, славянских религиозных верований, духовно разводящих единый этнос, сложившийся под благотворным воздействием Православной Церкви, по разным родо-племенным «квартирам». В такой этнической, а значит, и политической, и социально-экономической дезинтеграции — самое существо неоязыческого проекта. Таким образом, пропаганда неоязычества есть форма антигосударственной подрывной деятельности.

Любопытно, что у истоков неоязыческого проекта стояли русские люди. Первую неоязыческую «Церковь Анастасии» еще в 1930-е годы официально зарегистрировал в США политический эмигрант Глеб Боткин – сын погибшего в ипатьевском доме вместе с Императорской Семьей лейб-медика Евгения Сергеевича Боткина, ныне канонизированного. Вот как далеко может откатиться яблоко от яблони.

Другой известный человек, очень ратовавший за возвращение советской России к язычеству, был маршал Советского Союза Михаил Николаевич Тухачевский, расстрелянный в 1937 г. за попытку государственного переворота. Материалы судебного процесса над маршалом до сих пор засекречены, но почему-то думается, что «духовный поиск» Тухачевского сыграл известную роль в его трагической судьбе.

Неоязычество в настоящее время весьма популярно в среде молодежи и казачества. Распространение неоязыческих практик в среде казачества, на мой и только мой взгляд, показывает степень деградации этого некогда могучего социального института. По-видимому, его историческая роль, как и роль дворянства, например, исчерпана, поэтому и его реанимация в традиционном виде не удалась. Не хочу никого обижать, но, на мой взгляд, реанимация казачества в его классической форме вообще была попыткой гальванизации социального трупа, которым должны заниматься паталогоанатомы-историки, а не политики.

Наконец, третий проект, эффективно работающий в сфере психо-ментальной войны, это детские и подростковые суицидальные группы. В настоящее время происходит их переформатирование в «колумбайнерство». То есть: умри сам и захвати товарищей. Прямо перед глазами недавний пример: керченский стрелок.

Почему так важно об этом говорить?

Потому что преимущественное, особое внимание в психо-ментальной войне уделяется молодежи, поскольку, как известно, если хочешь поработить народ – воспитай его детей. Это – одна из важных, приоритетных аксиом психо-ментальной войны.

Потому что, к сожалению, эпидемия детских самоубийств не прекращается: в ноябре в Челябинской области попытки самоубийства совершили 5 человек, в декабре – еще один.

Есть основания предполагать, что весной следующего года нужно ожидать подъема «колумбайна» в российских школах. Дело в том, что 20 апреля 2019 года исполняется 20 лет культовому расстрелу школьников в американской школе «Колумбайн», а заодно и 130 лет со дня рождения Гитлера. Представляете, накануне каких событий можем мы стоять?

Есть основания предполагать, что суицидальные группы и «колумбайнерство» являются проектами, направленными на сокращение численности экономически активного населения, только-только вступающего в жизнь. Это – никакая не конспирология, а суровая, и поэтому кажущаяся неправдоподобной, реальность: ум, воспитанный на гуманистических христианских принципах, действительно отказывается это воспринимать.

Между тем, уже в ближайшем «цифровом» будущем, свидетельствуют научные прогнозы, вследствие автоматизации и роботизации произойдет беспрецедентное сокращение числа работающих. Предполагается, что уже в ближайшее время в результате роботизации уровень безработицы среди экономически активного населения возрастет до 18%. Уже имеется и список будущих «без-человеческих» профессий. Миллионы людей окажутся на обочине научно-технического прогресса.

Известный американский предприниматель-миллиардер, член Президентского форума по стратегии и политике при президенте США Д. Трампе Илон Маск выразился по теме следующим образом:

«Слияние человека с машиной – это будущее. А ближайший эффект от технологий – это автономные машины. Они заменят водителей. Такой процесс может занять до 20 лет, будет быстрым и разрушительным, и затем 12-15% занятых во всем мире станут безработными. Поэтому нам нужно быстро найти новые роли, новые занятия для этих людей… За автоматизацией последует лавина дешевых товаров и услуг, но нужно понять, что делать с предназначением человека. Как и какой человек будет иметь значение, если значение для многих связано с их работой? Если твоя работа больше не нужна, какой в тебе смысл? Посему будущее представляет для нас серьезное социальное испытание».

Безработных – им уже придумали название: прекариат, — в том числе высокообразованных, а значит амбициозных, — необходимо будет кормить, одевать, развлекать и т.д. Чтобы потенциальных безработных раньше времени не напрягать, появляются социальные утопии – например, британского социолога Гая Стэндинга, который говорит о необходимости в новом автоматизировано-роботизированном будущем обеспечить всех людей – вне зависимости от трудоустройства — безусловным базовым доходом, т.е. средствами для безбедного существования. Эта утопия, кстати, уже апробированная в ряде стран, по мнению Стэндинга, должна помочь справиться со страхами и неуверенностью XXI века.

Но утопия – она и есть утопия. Разумеется, капиталисты даром никого кормить не будут. Капитализм в принципе антигуманен (даже когда прячется под маской социального государства), поскольку заботится о прибыли, а не о человеке. В этом смысле показательны оговорки наших отечественных чиновников (от Чубайса до Ольги Глацких). Да и пенсионная реформа в этом смысле показательна. Оптимальный выход для капиталистов – уничтожение ненужных едоков. Но не расстреливать же их (хотя и такой исход, памятуя английский опыт XV-XVI веков, когда нищих и бродяг вешали только за то, что они были нищими и бродягами, нельзя исключить).

В свое время Барбара Маркс Хаббард (жена основателя сайентологии Лафайета Рона Хаббарда) весьма откровенно написала в книге «Со-творение»:

«Четверть человечества — деструктивна. Это плевелы. Раньше им разрешалось умирать собственной смертью, но сегодня, по мере приближения к великому скачку от человека-твари к человеку-сотворцу, то есть к наследнику власти Божьей, четверть деструктивных должна быть устранена. Мы (посвящённые) ответственны за это. Мы ответственны за миссию процесса божественного отбора в пользу планеты Земля».

К слову, «четверть деструктивных» – это приблизительно 3 миллиарда человек.

Поэтому в настоящее время создаются специальные психо-технологии, мягко ориентирующие людей на добровольный уход из жизни, активно формируется «культура смерти» со своей специфической «эстетикой» и социальная среда, комплиментарная к этой культуре. Всё это сопровождается риторикой о правах человека и свободе человеческого выбора.

Вот что сказал не так давно в интервью авторитетнейший современный западный философ-глобалист, один из проектантов «нового мирового порядка» Жак Аттали:

«Эвтаназия будет одним из главных инструментов будущего. В… логике свободы самоубийство является фундаментальной свободой. Право на убийство, прямое или косвенное, является абсолютной ценностью в таком обществе. Машины по пресечению позволят устранить жизнь, если она станет невыносимой или (слушайте, слушайте!) экономически слишком дорогой…  Будет создан рынок дополнительных «прав на жизнь», на котором каждый сможет продавать свое право, если он очень болен или слишком беден. Однажды даже начнут продавать талоны на смерть, которые дадут тебе право выбирать вид ухода из жизни».

На «синих китах» и «колумбайнерстве» происходит обкатка, апробация смертоносных психо-технологий.

Вместе с тем исследования и «колумбайнерства», и других форм деструктивного поведения (таких как «АУЕ», например) в России находятся на крайне низком уровне и сопровождаются риторикой, с которой я никак согласиться не могу.

В частности, в общественное сознание уже вброшены научно окрашенные мифологемы, в частности, об экстремистской деятельности, которые дезориентируют людей и препятствуют настоящему научному поиску в этом направлении.

Я озвучу три самые, на мой взгляд, опасные мифологемы:

Первая: каждый человек  — потенциальный экстремист и террорист, видите ли, потому, что каждый человек в своей жизни испытывает и подавляет в себе некие агрессивные импульсы. Я читаю об этом во многих методических пособиях, а совсем недавно услышал об этом на одной конференции, посвященной терроризму от кандидата исторических наук, без пяти минут доктора и профессора. Не знаю, кто запустил этот миф. Мне это очень напоминает фрейдистские штудии, в соответствии с которыми каждый человек испытывает вожделение к родителям и мастурбирует.

Вторая: экстремизм и терроризм не имеют никакого отношения к психопатологии.

Это – неправда и неправда тем более опасная, что она напрочь выключает возможность дегероизировать оба эти явления.

Экстремизм и терроризм – явления именно патопсихологические, связанные с органическим поражением центральной нервной системы, с тем, что у нас называется диссоциальным расстройством личности, а у американцев психопатией.

В настоящее время американскими исследователями инструментально установлены те области головного мозга, органические изменения в которых обусловливают эти расстройства, вследствие чего и появляются люди без жалости, без совести, без сострадания, потенциальные серийные убийцы и террористы.

Профессор И.В. Шадрина, с которой я имел честь работать в экспертном сообществе, как-то выразилась так: «Не каждый органик террорист, — сказала она, — но каждый террорист – органик».

Конечно, невозможно отрицать значение и весомость социальных причин, таких как одиночество, отсутствие социальных лифтов и др., — но отдавать им приоритет в возникновении и генезисе деструктивного поведения –преждевременно и легкомысленно.

На мой взгляд, главной, ядерной причиной возникновения деструктивного поведения является патопсихологическая структура личности, обусловленная органическим поражением центральной нервной системы, которое можно распознать на ранних стадиях с помощью ЭЭГ, МРТ и других методов инструментальной диагностики. Подчеркиваю: это не психиатрическая, а неврологическая проблема, поддающаяся медицинской, педагогической, психологической коррекции.

Социальные обстоятельства играют свою роль в дальнейшем генезисе деструктивного поведения, но радикальное реагирование на существующее положение вещей свойственно именно органикам.

Следует отметить, что никаких инструментальных исследований деструктивного поведения в нашей стране не ведется. А вот в США, например, в 2013 году президент Барак Обама представил масштабный национальный исследовательский проект «BRAIN Initiative»: «Изучение мозга через продвижение инновационных нейротехнологий», — который направлен на составление максимально полной карты процессов, происходящих в головном мозге. Реализуется он под эгидой Национального научного фонда, Национальных институтов здравоохранения и DARPA – Агентства передовых оборонных исследовательских проектов Министерства обороны США. В проекте участвует и IARPA – Агентство передовых исследований в сфере разведки.

С большой осторожностью можно предположить, что какие-то исследования ведутся на площадках «Сколково», но это в любом случае не радует, поскольку «Сколково» — не национальный, а транснациональный (правильнее сказать – глобалистский) проект, соответственно, работающий НЕ в интересах России. Поэтому и возглавляет его непотопляемый А. Б. Чубайс (генеральный директор ОАО «Роснано»), а в его структуры входили и входят разные западные ученые головы вроде Эрика Шмидта – члена Совета по науке и технологиям при президенте США. Вы себе можете представить, чтобы в советском ядерном или любом другом проекте, связанном со стратегической безопасностью, участвовали западные наблюдатели?

Наконец, третья мифологема: экстремизм – это всегда и однозначно плохо и преступно.

На самом деле, это не так. В основе экстремизма лежит то, что способно вызвать уважение, то, что делает его привлекательным особенно для молодых людей: готовность пожертвовать собой во имя идеи. Таких людей Л.Н. Гумилев называл пассионариями. Это – правда, и нам полезнее признать эту правду, потому что нельзя разговаривать с молодежью на языке лжи.

Другой вопрос: качество идеи, за которую призывают отдавать жизнь. Рядовые экстремисты, — по указанным выше органическим причинам, — как правило, не очень разбираются в качественных особенностях предлагаемых идеологем и поэтому откликаются на самые простые и незатейливые формулировки.

Высшие же эшелоны экстремистских организаций, как правило, контролируются спецслужбами, внимательно наблюдающими, чтобы деятельность экстремистов не приобрела черт социального протеста.

Можно предположить, что многие экстремистские организации и создаются, чтобы выпускать в свисток накопившийся пар общественного недовольства. В этом случае экстремистская организация – достаточно эффективная форма устранения пассионариев – потенциальных социальных революционеров.

К сожалению, работа по противодействию экстремизму в наших образовательных учреждениях ведется без учета озвученных факторов, формально. Необходимо понимать, что экстремизм невозможно победить изобретением молодежных праздников и строительством дворовых спортивных комплексов. Идеологию экстремизма можно победить только идеологическими средствами, разворачивая молодых пассионариев в сторону созидания, а не разрушения. Прежде всего, должна быть разработана методика селективной экспертизы пассионарного вызова. Должны быть разработаны и широко применятся методики психо-ментального разворота в молодежной среде. Это – серьезная, комплексная и затратная задача, но без ее решения экстремизм и терроризм будут воспроизводиться бесконечно.

Просто в назывном порядке укажу на еще один аспект, работающий на уязвимость нашего общества к различным деструктивным воздействиям: это — стремительное распространение явления, которое я называю когнитивной редукцией.

Когнитивная редукция, если говорить коротко, это упрощение и уплощение мышления, его ограниченность, принимающая порой клинические формы психического или неврологического заболевания. В этом смысле когнитивная редукция соотносится не только с олигофренией, но и, например, с гебоидной шизофренией и сопровождающим ее нравственным помешательством. Нравственное помешательство – термин ныне почти забытый, но что-то подсказывает мне, что без него невозможно существование психиатрии и педагогики как наук, адекватных реальности.

Когнитивная редукция – не только и не столько органический процесс, но и продукт социальной инженерии.

Смысл когнитивной редукции – сосредоточить внимание человека на потреблении, подменить бытие бытом, исключив или предельно опошлив, приземлив, омещанив духовный поиск человека, который может осуществляться только при наличии высоких интеллектуальных способностей; сделать человека предельно управляемым.

Когнитивная редукция ориентирует человека, прежде всего, молодого человека на бездеятельность, на легкое бездумное существование, на получение разнообразных удовольствий от праздности. Вместо: «делу – время, потехе – час», — «делу – час, потехе – время». Соотнесите это с упомянутыми выше нравственными константами, составляющими ядро нашей цивилизации.

Когнитивная редукция – без преувеличения — это явление, которое в нашем обществе приняло характер пандемии. Слабым утешением служит только то, что это наведенное, во многом сконструированное явление свойственно не только нашей, русской, но и другим цивилизациям.

В контексте сказанного возникает вопрос: способно ли наше государство эффективно решать вопросы национальной безопасности? Хотелось бы ответить: да, способно. Но, к сожалению, приходится видеть, что аппарат исполнительной государственной власти лишен и волевого, и интеллектуального ресурса. Значит, за решение этой задачи обязано взяться гражданское общество – каждый на своем месте. Тем более, что опыт противоборства с сильным противником при полном отсутствии или военно-стратегической импотентности государственной власти у нашего народа есть.

Что конкретно делать в существующих обстоятельствах? Боюсь, я не буду оригинальным. Как говорил известный политический деятель – и был абсолютно прав: учиться, учиться и учиться. Овладевать знаниями, почти утраченными навыками чтения и рационального мышления – тем, что у нас хотят отнять. Поэтому последнее, о чем я скажу, — о книгах, которые я рекомендую прочитать. Если интересно. Это:

Афанасьев В. Г. Основы философских знаний

Политэкономия. Под редакцией Д. Валового

(Политическая экономия – это наука об общественных отношениях в процессе производства. Именно поэтому ее изъяли из системы образования, подменив экономической теорией – экономиксом).

Два сталинских учебника для средней школы:

Виноградов С. Н., Кузьмин А. Ф. Логика.

Теплов Б. М. Психология.

Катасонов В. Ю. Империализм как высшая стадия капитализма. И другие книги.

Мейсан Тьерри. Преступления глубинного государства.

Хаэр Р. Лишенные совести. Пугающий мир психопатов.

Кил Кент. Психопаты. Достоверный рассказ о людях без жалости, без совести, без раскаяния.

Виленский О. Г. Психиатрия.

                            Психиатрия. Социальные аспекты.

                            Психиатрия. Анализ общественно-политических движений.

                           Зигмунд Фрейд и психоанализ. Взгляд психиатра.

(Книги Виленского полезно сопоставить с книгами Г. П. Климова, о которых я говорил).

Шпитцер М. Анти-мозг.

Пантелеева Г. П., Цуцульковская М. Я., Беляев Б. С. Гебоидная шизофрения.

И я очень рекомендую для повседневного чтения и изучения все книги нашего великого святителя Игнатия (Брянчанинова), объединенные в 8-томник, который постоянно переиздается. Начать рекомендую с «Отечника».

Все упомянутые книги, кроме Виленского, можно свободно скачать из Интернета.

О других способах противостояния в психо-ментальной войне нужно читать еще одну лекцию. Надеюсь, наша сегодняшняя встреча – не последняя.

18.12.2018

Ответить

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *